Приглашаем посетить сайт
Грибоедов (griboedov.lit-info.ru)

Cлова на букву "N"

 

А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Список лучших слов

 Кол-во Слово
1NAB
8NABOKOV
4NAME
2NANCY
8NARRATIVE
10NATION
6NATIONAL
1NATIONALISM
1NATIONALITY
8NATIVE
2NATURE
2NAVONA
1NAVY
3NECKLACE
1NEGLECT
1NERVOUS
2NET
1NEUROTIC
5NEVER
137NEW
16NEWS
2NEWTON
1NEXT
1NICE
2NICHOLSON
1NICHT
1NICOLA
1NICOLAI
2NIENTE
1NIETZSCHE
8NIGHT
1NIKE
1NIKITA
1NIKOLAEVNA
3NIKOLAI
1NIL
2NILE
1NIMBUS
1NINA
1NINOS
2NOBLE
1NOBODY
2NOEL
2NOISE
1NOMBRE
12NON
1NONE
3NONSENSE
3NOONDAY
7NOR
2NORMAN
2NORTH
1NORTON
3NOS
1NOSE
1NOTA
1NOTCH
9NOTE
1NOTEWORTHY
4NOTHING
1NOTICE
2NOTRE
3NOUS
3NOUVELLE
1NOVAK
11NOVEL
2NOVEMBER
5NOW
1NOWADAYS
1NUEVO
1NUISANCE
3NUMBER
2NUMERO
1NUMEROUS
26NURSERY
2NUT

Несколько случайно найденных страниц

по слову NOTHING

Входимость: 1. Размер: 72кб.
Часть текста: О. рассказывает, что Зощенко уверен, что перед ним не устоит ни одна женщина. И вообще о нем рассказывают анекдоты и посмеиваются над ним, а я считаю его самым замечательным писателем современности. — Умер Андрей Белый… Как мне не хочется приниматься за Некрасова! Вчера Изд-во Писателей было в панике из-за Оксмана. Он даже 4-х страниц не прислал о Рылееве — и типография грозится рассыпать набор, грозится официально — прислала об этом бумагу. А Оксман, который написал 40 листов комментариев, не способен написать 4 страницы вступления! 13/ I 34 г. Утро. Только что кончил статейку для радио о Некрасове. Был вчера у Алянского. Оказывается, Смирнов смещен. Как, при каких обстоятельствах, не знаю. Я наконец-то выполз из корректуры гихловского однотомника Некрасова и другого Некрасова (для «Academia») — обе книги сразу! — из-под корректуры своих «Шестидесятых годов» и т. д. и т. д. Когда сдал в набор 4-е издание своей книжки «От двух до пяти»,— мне принесли Пиаже — и я так жалею, что не включил в свою книжку много кусков из этого...
Входимость: 1. Размер: 56кб.
Часть текста: итог прежним критико-биографическим публикациям, была своевременной 1 . Она подняла наболевший вопрос о недостоверности сообщаемых в печати сведений и явилась предостережением от "доверчивости к русским авторитетам". Преувеличивать значение этой небольшой заметки в истории русской печати и критики, конечно, не следует, но ее ценность станет очевидной, если проследить весь процесс знакомства русской публики с жизнью и творчеством Уолта Уитмена, растянувшийся на долгие десятилетия. Для этого обратимся к самому началу, а именно - к 1861 году, когда в январском номере "Отечественных записок" в разделе иностранной хроники встречается первое упоминание о поэте. Первое и… курьезное. Неизвестный рецензент, давая обзор новой иностранной литературы, сообщал о "романе" (!) "Листья травы" некоего американского писателя "Уэльта Уайтмэна". Недоразумение, обернувшееся курьезом, возникло из-за ссылки на английские журналы, которые "сильно вооружаются против этого романа". Теперь трудно установить, на какие именно источники ссылался автор заметки и откуда перекочевала эта ошибка, однако следует отдать должное рецензенту, не вполне доверившемуся объективности своих иностранных коллег: "Но должно быть, что его (Уолта Уитмена, - Н. А.) книга имеет какие-нибудь достоинства, хотя бы достоинства изложения, если ее не прошли молчанием, а кричат со всех сторон - shocking!" 2 Оперативность, с которой отреагировала русская пресса на только что вышедшую за океаном книгу 3 , в какой-то мере нейтрализует допущенную оплошность. Следующее упоминание относится лишь к 1882 году. В "Заграничном вестнике" (июнь 1882 года) был опубликован перевод лекции об американской литературе, прочитанной Джоном Суинтоном, редактором нью-йоркской "Sun", перед Философским обществом в Бруклине в марте 1882 года. "Заграничный вестник" - "учено-литературный журнал" -...
Входимость: 1. Размер: 63кб.
Часть текста: известно в России, пожалуй, только семье и близким друзьям Корнея Ивановича. Мирра Гинзбург - американская переводчица художественной литературы. Переводила она в основном с русского, с идиш - всего лишь несколько рассказов Исаака Башевиса Зингера и повесть “Шейлок и Шекспир” еврейского писателя Абрама Моревского. Была членом многих престижных американских организаций: Ассоциации американских переводчиков, Гильдии писателей, Международного ПЭН клуба. Принимала активное участие в разработке двух пособий по художественному переводу, которые позже легли в основу руководства, утвержденного Американской ассоциацией переводчиков. В конце жизни перевела, пересказала и подготовила более двадцати антологий и сборников детских сказок. Мирра Гинзбург (1909-2000) родилась в Бобруйске, в семье основателей бобруйского Бунда, Брони и Иосифа Гинзбургов. Ее родителей хорошо знали и любили в городе. Уважали даже в местном охранном отделении и заранее предупреждали о готовящихся в городе облавах: не было случая, чтобы в доме Гинзбургов кого-нибудь арестовали. Семья была дружная, читающая, с русской классикой М. Гинзбург познакомила мать, а отец следил за тем, чтобы дети говорили и по-русски и на идиш. В 1923 году, в разгар гонений на бундовцев, семья Гинзбургов переехала в маленький латвийский городок Либаву. В либавской гимназии Мирра Гинзбург начала изучать и на всю жизнь полюбила английский язык. Позже знание английского помогло ей сравнительно быстро ассимилироваться в англоязычной среде Монреаля, куда в 1926 году переехали Гинзбурги. В Канаде семья прожила четыре года. За это время Гинзбург успела закончить среднюю школу, поработать секретарем и даже прослушать несколько курсов по философии и социологии в местном университете. Жили Гинзбурги трудно, надеялись на переезд в Америку и мечтали поселиться в Нью-Йорке. Осуществить мечту удалось в начале 1930 года. Проблем хватало и в Нью-Йорке: был разгар экономической депрессии, найти работу вновь...
Входимость: 1. Размер: 126кб.
Часть текста: — она первая подходит ко мне и говорит: «Ну, ну, не сердитесь...» Говорились речи. Каждая речь начиналась: — Уже четыре года... А потом более или менее ясно говорилось, что нам нужна свобода печати. Потом вышел Федин и прочитал о том, что критики напрасно хмурятся, что у рус. лит. есть не только прошлое, но и будущее. Это задело меня, потому что я все время думал почему-то о Блоке, Гумилеве и др. Я вышел и (кажется, слишком неврастенически) сказал о том, что да, у литературы есть будущее, ибо русский народ неиссякаемо даровит, «и уже растет зеленая трава, но эта трава на могилах». И мы молча почтили вставанием умерших. Потом явился Марадудин и спел куплеты — о каждом из нас, причем назвал меня Врид Некрасова (временно исполняющий должность Некрасова), а его жена представила даму, стоящую в очереди кооператива Дома Литераторов,— внучку Пушкина по прямой линии от г-жи NN. Я смеялся — но была тоска. Явился запоздавший Анненков. Стали показываться пьяные лица. <...> Потом пришли из «Дома Искусств» — два шкловитянина: Тынянов и Эйхенбаум. Эйхенбаум печатает обо мне страшно ругательную статью — но все же он мне мил почему-то. Он доказывал ...

 
Главная
© 2000- NIV